Иные языки страшнее пистолета

Я встретил Яну пару месяцев назад совершенно случайно — обедая в ресторане, заметил знакомую фигурку, неуверенно топчущуюся у входа.

— Яна, привет! — привстав с кресла, помахал рукой. Она обернулась и, взглянув на меня, слегка сконфузилась.

— Привет, Ник! Не ожидала тебя здесь увидеть…

— Да я же работаю здесь, — махнул рукой в сторону бизнесцентра, — а ты каким ветром в наших краях?

— Да так, — девушка замялась.- У меня тут встреча. С Яной я познакомился на третьем курсе университета. На какой-то очередной студенческой вечеринке в чьей-то душной и тесной квартирке она мелодично и невыразимо печально пела Виктора Цоя под гитарный аккомпанемент. Потом мы случайно столкнулись на балконе,  где пили дешевое вино прямо  из бутылки, а спустя пару часов я целовал ее губы, пахнущие мятной жвачкой. Она училась на филфаке, я изучал экономику, мы были молоды и почти влюблены. Но спустя два года я окончил институт и устроился на работу. Яна подрабатывала переводами, занялась бальными танцами — чуть менее плотно, чем самим инструктором, и так незаметно и почти безболезненно мы расстались. Последний раз я видел ее лет восемь назад.

— Как у тебя дела вообще?

— Да бывало и лучше, — призналась девушка. — Разошлась с Юрой, переехала на съемную квартиру, а полтора месяца назад еще и потеряла работу.

Я сочувствующе кивнул, хотя понятия не имел, кто такой Юра.

— А ты как поживаешь? Судя по цветущему виду, все прекрасно, — с ноткой зависти отметила она.

— Да, не жалуюсь. На днях с женой отметили первый юбилей — деревянную свадьбу. Да и на работе все окей, кризис мы пережили, а потому нам уже сам черт не страшен.

— Правда? А я, если честно, пришла сюда на работу устраиваться, — опустив глаза, тихо сказала Яна.

— Куда? — не понял я. — В ресторан?

— Нуда. Официанткой.

— Как? — искренне удивился. Насколько я помнил, она была одной из лучших на курсе, бегло говорила по-английски и по-немецки и учила испанский. А тут вдруг собралась подносы таскать!

— Да вот так, — вздохнула бедняжка. — Рынок труда перегрет, переводчиков с филологами сейчас пруд пруди, а мне за квартиру надо платить, да и вообще…

— Послушай, а давай к нам! Я слышал, наш отдел разработок ищет переводчика, — предложил я, трусливо пожалев об этих словах в ту же секунду, как они сорвались с языка. Вообще я из тех людей, которые не оставят друзей в беде, — даже если это бывшая девушка, которая когда-то изменила мне с инструктором танцев. Дело было лишь в том, что я работал вместе с женой, а уж в том, как она отнесется к трудоустройству бывшей пассии, не могло быть никаких сомнений — Лиза патологически ревнива.

Но слово, как говорится, не воробей. Пригласив Яну в понедельник на собеседование, я по дороге в офис решил, что скажу жене, будто это — просто моя бывшая сокурсница. «Так и волки будут сыты, и овцы останутся целы», — подумал. Забыл лишь, что в данном случае пастуху — вечная память… Яна не проработала и двух недель, когда я начал замечать косые взгляды коллег, пытавшихся телепатически превратить меня в кучку пепла. Никак не связывая это с появлением в компании новой работницы, я наивно полагал, что, возможно, в коллектив просочилась информация о том, что это я решил лишить сотрудников месячной премии в целях экономии бюджета. Однако все выяснилось очень скоро…

— Как ты мог?! — всхлипывала Лиза, глядя на меня так, словно на ее глазах я только что своими руками распял Христа. — Тебе было мало завести любовницу, так ты еще и устроил ее на работу к себе под крылышко…

Я оторопело слушал эти обвинения, не в силах понять, о чем она говорит, — женские слезы всегда лишали меня способности трезво мыслить

— А эта нахалка вдобавок рассказывает всем направо и налево, какая у вас любовь еще с института!

Тут до меня наконец дошло.

— Милая, — я попытался притянуть к себе жену, колючую, словно объевшийся кактусов ежик, — ты все не так поняла. Послушай…

И я честно рассказал о том, как встретил Яну в кафе, пожалел ее и предложил работу. А умолчал о наших прошлых отношениях лишь потому, что -t совершенно не придаю им значения. Лиза у меня страшная ревнивица, но и большая умница — а потому мы во всем разобрались и помирились. Вот только к крохотный прожорливый  червячок все грыз меня: г зачем Яне нужно было всем рассказывать о на- шей «большой любви»? А дальше события развивались, как в дешевом триллере, в котором герой-лопух до конца не подозревает, что замочить хотят именно его. Секретарша Ирочка заботливо оставила на моем столе брошюрки с рекламой клиники по лечению раннего облысения – так я узнал, что все в компании в курсе, как раньше я жутко переживал, не облысею ли, как мои отец и дед, очень рано — в двадцать пять-двадцать шесть лет. А однажды зашел в отдел разработок поздравить сотрудника с днем рождения, и он услужливо предложил мне стакан сока, пряча глаза, — так я понял, что о моих проблемах с алкоголем в юности тоже все знают. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, откуда эта личная информация распространяется по офису. «Яна, зайдешь ко мне в кабинет после обеда, нужно поговорить», — написал я по внутренней почте, решив наконец расставить все точки над «і».

— Что-то случилось, Ник? — коллега вальяжно закинула ногу на ногу, демонстрируя краешек кружевных манжет чулок. Я подумал: как же она изменилась за эти пару месяцев! От неуверенной и робкой девушки с грузом финансовых забот, которую я встретил тогда в ресторане, не осталось и следа.

— Знаешь, я тут с каждым днем, приходя на работу, узнаю о себе все больше и больше тех вещей, которые не должны были бы доходить до чужих ушей.

— А почему ты решил, что это я? — Яна картинно надула губки. — Твоя жена тоже здесь работает.

— Моей жене незачем рассказывать коллегам подробности моей личной жизни. Кроме того, мы с Лизой работаем вместе уже три года, и я такого за ней не замечал. Поэтому настойчиво тебя прошу больше не касаться меня в своих разговорах с сотрудниками… — на этом месте я запнулся, но начатое нужно было довести до конца: — А если ты, рассказывая о наших с тобой прошлых отношениях, ставила целью поссорить меня с женой, то знай, что мы любим друг друга, и я никогда…

— Я об этом и не думала! — оборвала меня Яна, гордо задрав подбородок.

— И у меня нет цели поссорить тебя с женой. Между прочим, я уже месяц встречаюсь с Димой из рекламного. «Так-так, — подумал я, — значит, Дима из рекламного. Эх, Димон, знал бы ты, куда попал!» В свое оправдание скажу, что не искал специально встречи с Димой. И вообще человек я не злопамятный, просто в тот раз так сложились звезды: утром полтора часа простоял в пробке, потом кофемашина плюнула мне на кашемировый джемпер горячей жижей, а затем, встретив парня в курилке, я вдруг подумал, почему это теперь все коллеги знают большинство моих проблем, а бывшая преспокойно строит новые отношения.

— Я слышал, ты теперь с Яной, — подкуривая, якобы невзначай бросил я.

— Ага, — смутившись, кивнул Дима. Мы знали друг друга с тех времен, когда я был простым менеджером, а потому общались на короткой ноге.

— Ты ведь не против?

— Да с чего бы это? — удивился я. — Мы с ней недолго встречались, еще г в институте, но знаешь, мне с такими не по пути…  — С какими «с такими»?

— Ну, сам понимаешь… Легкомысленная она барышня. Пока мы вместе были, вечно моему лучшему другу глазки строила, потом с танцором замутила… Я все-таки собственник, знаешь ли, не люблю девушек делить с кем-то. По правде говоря, вовсе не горжусь своим поступком, но в тот момент, когда поникший и расстроенный Дима вышел из курилки, почувствовал злобную радость. Пусть теперь Яна попробует выкрутиться из ситуации, заложником которой недавно был я сам! Однако той ночью я почему-то долго не мог уснуть, думая о том, как просто бывает словом, брошенным точно в цель, разрушить что-то действительно важное. Мы пьем витамины, боясь заболеть, внимательно смотрим по сторонам, переходя дорогу, но часто забываем опасаться злых языков, которые иной раз страшнее пистолета… За окном почти светало, когда я наконец уснул — с твердым решением подойти утром к Диме и признаться, что просто хотел отомстить Яне.

Комментарии запрещены.


Loading...
Беременность и дети

Девичьи секреты