Экспериментальные и клинические работы

Вместе того чтобы освободиться от ограниченного, механистического понимания причинности, которое лежало в основе этиологии бактериологической эры и которое сводилось к тому, что причину рассматривали в простой, механической связи с действием, и заменить его диалектико-материалистическим пониманием, философствующие естествоиспытатели и врачи стали говорить и писать о кризисе медицины, о ненужности категории причинности вообще. Вирховское направление в медицине, а также механистическое, метафизическое понимание причинности оказались несостоятельными. Таким образом, идеалистическим направлением в этиологии, возникшим на основе кризиса вирховской патологии и механистического понимания причинности, явился так называемый кондиционализм, отрицающий причины заболеваний и признающий равноценными все факторы и условия в развитии патологического процесса. Поход против принципа причинности в физиологии и патологии начал известный немецкий физиолог Макс Ферворн, который впервые и ввел в медицинскую литературу широко распространенный термин кондиционализм, или кондиционизм. М. Ферворн находится под сильнейшим влиянием философии Э. Маха. Он его цитирует, на него ссылается, критикует других с махистских позиций. М. Ферворн не ограничивается, однако, высказыванием своих махистских положений: он критикует материализм, пытается преодолеть его, пренебрежительно, свысока третируя философские основы материалистического мировоззрения. Он старается стать выше материализма и идеализма. М. Ферворн считает материализм рабочей гипотезой, не могущей якобы в настоящее время быть базой для миросозерцания. Считая себя предствителем монистического взгляда и отрицая дуализм, Ферворн создает психомонизм, представляющий разновидность махизма. В примечании к речи Естествознание и миросозерцание, произнесенной в Геттингене 14 ноября 1903 г. М. Ферворн указывал, что толчком к изучению теоретико-познавательных вопросов послужили для него речи Э. Дюбуа-Реймона Границы познания природы и Семь мировых загадок.

Кризис методологических основ

Хотя в работах, посвященных современному состоянию зарубежной медицины, говорится не столько об успехах, сколько о тупиках, об исчерпании возможностей и т. п., но по сути дела здесь перед нами признаки огромного успеха медицины, содержание которого прежде всего в том, что он показывает недостаточность ранее установленных форм мышления, необходимость их пересмотра, дополнения, ведет к ломке установившихся понятий, как и в 90-х годах прошлого века. Объективное доказательство успеха — в накоплении материалов, не укладывающихся в рамки старых понятий, перерастающих их, требующих новых форм рассмотрения. Развитие медицины в капиталистическом обществе после Р. Вирхова совпадает с эпохой империализма, а переход капитализма к стадии империализма выразился значительным поворотом в сторону реакции во всей идеологии. Это сказалось и на естествознании, и на медицине. Таким образом, мы в зарубежном естествознании и медицине имеем противоречивость. С одной стороны, революция в естествознании и медицине, ряд новейших открытий, с другой — отсутствие необходимого для этих революционных открытий мировоззрения, распространение реакционных взглядов. Современная зарубежная медицина переживает методологический кризис, преодоление которого возможно только с позиций диалектического материализма, с помощью которого советская медицина ищет новые пути борьбы с заболеваниями и ответы на проблемы их этиологии и патогенеза. Для науки капиталистических стран революционный метод материалистической диалектики неприемлем. Разрешение кризиса она ищет на путях идеалистических и все в большей степени скатывается к откровенно виталистическим теориям по самым основным вопросам медицины. Разоблачение этих теорий, несомненно, является насущной задачей. В XX веке на смену вирховскому учению в зарубежной медицине пришли новые, более прогрессивные представления, придающие более важное значение в патогенезе болезней человека нервной и гормональной системам и именуемые функциональной патологией. Это направление в медицине и патологии можно определить, пользуясь образным выражением И. П. Павлова, как направление обезглавленного нервизма (К. М. Быков и И. Т. Курцин).